Переболеть COVID-19 или привиться? Поговорим о вакцине от коронавируса
Многих волнует, стоит ли вакцинироваться разработанным в сжатые сроки препаратом, как это скажется на здоровье и не лучше ли просто переболеть. Согласно исследованию ФОМ, только 42 процента россиян не исключают возможность привиться в ближайшее время.
Ответы на самые актуальные вопросы на тему вакцинации от Covid-19.
Из двух аденовирусов человека — ad 26 и ad 5 с измененным геномом. Чтобы сделать вакцину, у микроба отключают гены репликации. Он все еще способен проникать в клетку, но не может размножаться. Теперь это идеальный безвредный носитель — вектор, способный доставить «посылку» точно по адресу. В качестве посылки выступает ген, несущий инструкцию о синтезе спайк-белка SARS-CoV-2. Его просто вставляют в геном аденовируса. Вектор проникает в клетку и начинает синтезировать разнообразные белки, в том числе спайк. Организм реагирует на него, вырабатывая специфический иммунитет. Иммунные клетки разлагают вектор и удаляют его из организма.
Нет. Даже сами по себе аденовирусы вызывают несильные инфекционные воспаления. Кроме того, у них есть несколько преимуществ. Например, большой ДНК-геном — поэтому их несложно обезвредить, выключив пару генов. По этой же причине они не встраивают собственный геном в ДНК клетки-хозяина, соответственно, не вызывают там мутаций.
В аденовирусных векторах, из которых состоит вакцина, нет SARS-CoV-2. Там только один его ген — небольшая последовательность нуклеотидов, несущая инструкцию о синтезе спайк-белка — шипа на оболочке коронавируса. С его помощью вирус цепляется к клеточной мембране, попадает внутрь. Уже один этот белок, оказавшись в клетке человека, способен вызвать иммунную реакцию организма, но привести к болезни не может.
Делают укол в мышцу руки шприцем, как и с большинством вакцин. Место укола может немного поболеть, редко наблюдаются покраснение и зуд, но быстро проходят сами без специального лечения.
«Спутник V» вводят в два этапа. Сначала человек получает первую дозу с аденовирусным вектором серотипа 26. Через 21 день — вторую дозу на основе аденовируса пятого серотипа. Это сделано специально: если одна из доз сработала слабо, потому что в организме есть иммунитет к этому типу аденовируса, то вторая практически гарантированно обеспечит защиту. Двухэтапная схема иммунизации (прайм-буст) хорошо известна в мире и считается очень эффективной.
Cамые частые побочные эффекты: боль в месте укола, повышение температуры, головная боль, утомляемость, мышечные и суставные боли. Температура повышалась до 37-38,4 градуса, максимум — до 38,5-38,9 градуса.
В памятке вакцинированных сказано, что у 5,7 процента людей наблюдается повышение температуры, озноб, головная боль, ломота в теле. Слабость и недомогание, тошнота — у десяти процентов. Могут быть боль и зуд в месте укола, а также заложенность носа и боль в горле. Это индивидуальные реакции, которые проходят через один, максимум три дня.
Как действует вакцина на переболевших, неизвестно — такие исследования не проводились. Здравый смысл подсказывает: после коронавирусной инфекции должен формироваться естественный иммунитет. Как долго он держится, неясно. Но, учитывая пусть и редкие случаи повторного заражения, — возможно, месяцы, полгода. Значит, на это время с вакциной нужно подождать. У тех, кто переболел весной, иммунитет уже может ослабнуть. Переболевшие не подлежат вакцинации. О перенесенном заболевании свидетельствует повышенный уровень антител класса G в крови. Этот анализ можно сдать самостоятельно в поликлинике по ОМС или платно, прежде чем идти на прививку.
Обязательно. Иммунитет полностью формируется через три недели после второй дозы вакцины (42-й день после первого укола). В этот период человек еще не окончательно защищен, поэтому необходимо соблюдать все меры профилактики. Кроме того, масочный режим действует на территории России с конца марта 2020 года и его никто не отменял. Маску в местах массового скопления людей необходимо носить всем, независимо от того, привился человек от COVID-19 или нет.
Если человек заболел после прививки, значит, в момент вакцинации уже был инфицирован, но из-за отсутствия симптомов не знал об этом.
Если инфицирование произошло незадолго или в день вакцинации, то проведенные до этого тесты на присутствие коронавируса и антител к нему могут быть отрицательными.
Заболевание COVID-19 после первой прививки — совпадение, следствие того, что человек был инфицирован или же подхватил вирус сразу после вакцинирования. Это не так уж невероятно, учитывая высокую заболеваемость в зимние месяцы.
Вероятность заболеть — четыре процента. У тех, кто из-за физиологических особенностей попал в эти четыре процента, болезнь пройдет в гораздо более мягкой форме: в виде насморка, кашля, возможно с небольшой температурой. Но в легкие возбудитель не опустится.
Решение о вакцинации каждый принимает сам или вместе с лечащим врачом, исходя из имеющихся заболеваний и текущего состояния. Если противопоказаний нет, нужно взвесить риски для здоровья: с прививкой они ниже, чем с COVID-19. К тому же есть данные, что более сильный иммунитет формируется как раз после вакцины.
Пресс-центр
Резкий рост ковида — откуда, все ведь было нормально? 10 неудобных вопросов
Отвечает молекулярный биолог Ирина Якутенко
Почему вдруг такой рост? Это третья волна?
В разговорах о коронавирусе все очень любят использовать термин «волна». Это удобное понятие, обозначающее резкое увеличение количества заболевших. Но не менее важно понимать значимость другого термина, а именно «распространение вируса в популяции» (community spreading), когда патоген активно перепрыгивает с одного жителя на другого и основная часть заразившихся получают вирус не из-за границы, съездив туда самостоятельно или пообщавшись с недавно вернувшимися знакомыми, а от кого-то из тех, кто не покидал страну.
В России, в отличие от европейских стран, активное распространение коронавируса в популяции не прекращалось и между волнами, так как де-факто в стране уже давно не действуют никакие ограничения. Поэтому, когда в РФ появились высокозаразные штаммы — сначала британский (В 1.1.7 или альфа, согласно новым правилам наименования коронавирусных вариантов от ВОЗ), а потом индийский (дельта или В 1.617.2), они начали стремительно распространяться.
Откуда, все же нормально было?
С чем именно связан столь резкий подъем именно в июне — ясно не до конца, но, вероятно, к этому времени доля высокозаразных штаммов стала достаточно высока для того, чтобы именно их стремительное распространение стало главным драйвером эпидемии.
Чем эти штаммы так отличаются от остальных?
Кроме того, индийский штамм В 1.617.2 умеет частично уходить из-под иммунного ответа. Это означает, что часть антител, выработанных после заражения предыдущими версиями SARS-CoV-2 или после вакцинации препаратами, сделанными на основе спайк-белка этих версий, оказываются неэффективными, и, если вируса много, он может размножиться до значимых количеств, несмотря на наличие антител.
Частичный уход от иммунитета не означает, что вакцины против В 1.617.2 не работают.
Однако вероятность заболеть, чаще всего в легкой форме, после перенесенного заболевания или прививки при встрече с этим штаммом повышается.
С эпидемиологической точки зрения это значит, что эпидемия будет продолжаться, несмотря на большое количество переболевших и/или привитых. Для того, чтобы остановить распространение вируса в таком случае, необходимо иммунизировать больше народу, чем в ситуации, когда по популяции гуляли другие штаммы.
Это потому что люди не прививаются?
Нежелание людей прививаться — главная причина появления и распространения новых штаммов. Ситуация, когда где-то много неиммунных и частично иммунных — идеальные условия для появления новых вирусных вариантов.
Цикл повторяется много раз, пока не сформируются штаммы, способные массово заражать тех, кто уже переболел или привился.
А в других странах: привился — и все в порядке?
Во всех странах, где количество вакцинированных существенно, идет отчетливый спад количества новых случаев. Сначала снижение заражений и смертей наблюдалось в группах привитых — во всех западных странах вакцинацию начинали с основных групп риска, в первую очередь пожилых — затем, по мере постепенного увеличения охвата вакцинацией, начинался общий спад числа новых случаев.
Причем эффект сохраняется даже с приходом новых высокозаразных штаммов — скажем, в Англии индийский штамм вызвал новый всплеск, но, например, 15 июня в стране было выявлено 7 587 новых случаев заражения. До распространения индийского штамма на фоне массовой вакцинации выявляли около 2 000 в день, а на пике третьей волны — 60 тысяч в день.
Индийский штамм намного более заразен, поэтому именно он «пробивает» защиту формирующегося коллективного иммунитета и инфицирует тех, кто еще не переболел. Иммунные также могут заражаться им, но болезнь практически всегда протекает в легкой форме.
Другими словами, вакцинация защищает как лично привитого, так и все общество в целом, позволяя сформировать коллективный иммунитет.
Есть ли понимание, что работает? Маски — работают?
Здесь не нужно изобретать велосипед, достаточно посмотреть на опыт Европы, где много месяцев были жесткие карантины и продолжается обязательный масочный режим. Коронавирус передается как с каплями, так и аэрозольным путем, но оба эти механизма хорошо блокируются масками.
Локдаун работает или так себе?
Локдаун — эффективная, но экстремальная мера. В ситуации, когда количество инфицированных быстро нарастает, только он реально способен быстро остановить этот рост, так как люди практически не общаются за пределами своих домохозяйств, а значит, не формируется новых цепочек заражения. В большинстве европейских стран локдауны разной степени жесткости действовали с конца декабря, это позволило сбить коронавирусные волны.
Но локдаун сам по себе не может истребить вирус, поэтому на его фоне необходима массовая вакцинация — собственно, именно так поступали западные страны.
В результате, когда ограничения стали сниматься, существенная часть населения уже получила хотя бы одну дозу вакцины, и нового всплеска заражений нет, несмотря на послабления.
Вакцинация работает?
Вакцинация — единственный способ окончательно задавить эпидемию и вернуться к нормальной жизни. Иммунитет после вакцины оказывается более «качественным» и стабильным, чем иммунитет после болезни. Особенно по сравнению с теми, кто перенес ковид легко или бессимптомно: часто уже через несколько месяцев уровень антител у таких людей падает ниже уровня детекции.
Чтобы прервать достаточное количество цепочек заражения и остановить распространение вируса в популяции, необходим стабильный коллективный иммунитет. В истории человечества нет ни одного примера, когда его удалось бы достигнуть естественным путем, только массовой вакцинацией.
Люди болеют после вакцинации и перенесенного ковида (легко, но тяжело тоже). Хотя врачи говорят, что на ИВЛ вакцинированных нет.
Но в любом случае, сам факт заболевания после прививки не является доказательством ее неэффективности. Люди заболевают после любых противокоронавирусных вакцин, однако намного реже, чем невакцинированные. Кроме того, практически никогда течение болезни у привитых не оказывается тяжелым.
Например, в Израиле по итогам четырех месяцев прививочной кампании вакциной от Pfizer/BioNTech среди привитых заболевало с симптомами, в среднем, 0,8 человека на 100 тысяч, среди непривитых — 32,5 человек. В больницу из-за коронавируса попадало 0,3 человека на 100 тысяч среди привитых и 4,6 среди непривитых. Смерти от ковида среди госпитализированных составили 0,6 на 100 тысяч человеко-дней среди непривитых и 0,1 на 100 тысяч человеко-дней среди привитых.
Третья и четвертая вакцинация — будет так, да?
Учитывая, что, как минимум, в ближайшие годы коронавирус будет представлять опасность, прививку, вероятнее всего, потребуется обновлять. Особенно актуален вопрос ревакцинации в странах, где вирус продолжает активно распространяться в популяции, и особенно там, где высока доля новых штаммов, способных частично уходить от иммунитета (индийский, южноафриканский, бразильский). Вопрос, какой вакциной имеет смысл делать бустер (усиливающую прививку) остается открытым.
Вероятно, ревакцинация другим типом вакцины также будет, как минимум, не менее эффективной.
Более того, после векторных вакцин, к которым относится и «Спутник», предпочтительно использовать какой-то иной вариант, так как эти вакцины провоцируют иммунитет не только к спайк-белку коронавируса, но также и самому вирусу-вектору (аденовирусу), который доставляет ген спайк-белка в клетки. Такой иммунитет может смазывать формирование иммунного ответа к спайк-белку.
На сегодня у нас нет данных, как быстро угасает иммунитет к аденовирусу после вакцинации «Спутником» — не исключено, что он может быть нестойким и падать до приемлемого уровня, условно, через год. Однако даже в случае, если он будет сохраняться, бустер той же вакциной все равно позволит поднять уровень антител. Это может быть особенно важно в странах, где эпидемия активно продолжается и каждый человек имеет большие шансы встретиться с вирусом.
COVID-19 не отступает: почему привитые болеют?
Вопрос 1: почему привитые болеют
Во-первых, и в «самых важных», ни у одной из существующих вакцин эффективность не достигает 100%. Что связано с множеством факторов, и, в частности, индивидуальными особенностями иммунного ответа на прививку, предсказать которые заранее довольно сложно (как лабораторно, так и клинически).
Во-вторых, эффективность вакцины отражает не количество защищенных среди всех привитых, а степень защищенности каждого.
Например, 90%-я эффективность говорит о том, что риск инфекции для каждого привитого снижается на 90% (и, особенно, тяжелой ее формы). А не о том, что 90 привитых защищены, а другие 10 – вообще не получили защиты.
Ну а в-третьих, не будем забывать, что чем больше численность привитых, тем больше численность заболевших среди них. Отсюда и «нарастающие» цифры.
Вопрос 2: как определить «достаточность» иммунитета
Сегодня на этот вопрос единого ответа не существует, ввиду пока еще короткого периода наблюдений. Однако результаты некоторых исследований все же приводят «конкретные цифры», продемонстрировавшие эффективность «in vitro» (опыты в «пробирке»).
Так, компания «Abbott» сообщила, что в результате проведенных испытаний количества антител в концентрации 3950 AU/мл с 95%-й вероятностью достаточно для нейтрализации «в пробирке» вируса SARS-CoV-2 (испытания проведены с использованием живого вируса).
При этом, следует помнить, что выводы в отношении эффективной концентрации антител описаны для тест- системы производства компании Abbott (США) Антитела IgG к RBD домену S1 белка коронавируса SARS-CoV-2
Тогда как данные, полученные на других тест-системах могут значительно отличаться.
Врачи рекомендуют проверять динамику антител рекомендуется одним и тем же методом, на одном и том же анализаторе с использованием одной и той же тест- системы.
Такой анализ может быть использован, как после вакцинации (антитела доступны для «подсчета» к 7-10 дню от прививки, с максимумом к 21 дню), так и для оценки напряженности иммунитета после болезни. Поскольку RBD домен S- белка есть как в самом вирусе, так и в составе вакцин.
Ну, а если после вакцинации появились подозрения на ковид, проверить «теорию» можно либо методом ПЦР (мазок, актуален на ранних сроках), либо анализом крови на
Поскольку N белок присутствует исключительно в «организме» вируса и не входит в состав ни одной из существующих вакцин.
Правда и мифы о вакцинации против COVID-19
Поделиться:
Уже ни у кого не возникает сомнений, что коронавирусная инфекция намного опасней гриппа. Никто не сомневается, что пандемия коснётся каждого. И все, безусловно, знают: эффективных лекарств от COVID-19 нет. Однако тех, кто скептически относится к вакцинации, единственному надёжному способу предотвратить болезнь, ещё предостаточно, и во многом это связано с легендами вокруг новых препаратов. Самое время отделить зёрна от плевел.
Миф 1. Перед вакцинацией нужно сдавать тест на антитела к коронавирусу
Сторонники этой теории могут опираться на два аргумента. Первый – возможное наличие собственных антител у тех, кто уже переболел COVID-19. Действительно, существует вероятность, что вы были носителем инфекции и организм выработал антитела к вирусу. Однако это не исключает повторного заражения, которое может оказаться гораздо менее безобидным.
К тому же опыт показывает, что уровень антител после перенесённого COVID-19 довольно быстро снижается и становится недостаточным для эффективной защиты.
Второй аргумент в пользу предварительного тестирования – выявление тех, кто к моменту вакцинации уже заболел коронавирусной инфекцией. Но смысла в этом нет: при введении вакцины во время инкубационного периода или даже активной формы заболевания вреда от неё не будет. Напротив, вакцинация поможет организму эффективно бороться с болезнью и снизит риски осложнений.
Миф 2. После вакцинации иммунитет снижается, и можно легко заболеть ковидом или другими респираторными инфекциями
На самом деле вакцина – будь то препарат от коронавирусной или любой другой инфекции – не влияет на интенсивность иммунного ответа. Антиген, который мы получаем с введённой вакциной, – лишь один из сотен, поступающих в организм. Ведь и в воздухе, которым мы дышим, и на предметах, которых мы касаемся, тысячи бактерий и вирусов, с которыми иммунитет борется буквально каждую минуту. Его возможности в этом отношении неистощимы, и «перегрузить» иммунную систему очередной вакциной невозможно. А вот выработать «клетки памяти», которые при встрече с настоящим вирусом обеспечат решительный ответ и быструю победу над врагом, действительно реально. Для этого и нужна вакцинация.
Миф 3. После введения вакцины от коронавирусной инфекции человек может быть заразным
Человек, который получил прививку против коронавирусной инфекции, может быть потенциальным её источником, только если на момент вакцинации он уже был болен COVID-19, чего, конечно же, нельзя исключить. Во всех остальных случаях любая возможность «заразности» исключена. Посудите сами: в организм при вакцинации от COVID-19 проникает не сам вирус, а лишь его «запасная часть» – белок (мы говорим о «Спутник V»). Он способен запустить иммунный ответ, но не может ни размножаться, ни становиться источником инфекции.
Миф 4. Вакцина от коронавируса может изменить ДНК человека
Этот миф распространяется, как правило, в отношении РНК-вакцин, которые не зарегистрированы в РФ, – препаратов компаний Moderna и Pfizer. Страхи породила технология создания этих вакцин, предусматривающая использование генетического материала. Развеять их позволяют знания о различиях между ДНК, которые несут информацию, унаследованную от родителей, и матричной РНК, применяемой в вакцинах.
Итак, наши ДНК – это двухцепочечные, очень длинные молекулы, плотно «закрученные» внутри клеточного ядра. В то же время мРНК представляют собой одноцепочечную копию небольшого участка ДНК. В условиях организма она обычно создаётся в ядре, а потом выделяется в основную часть клетки, чтобы задать определённую инструкцию.
РНК, которая вводится в организм в составе вакцины от коронавирусной инфекции, должна просто преодолеть клеточную стенку. Этого достаточно для передачи информации о воссоздании в организме белка коронавируса и запуска иммунного ответа. В «святая святых» клетки, в ядро, мРНК не попадает, а следовательно, не «контактирует» с ДНК и тем более не может её изменить.
Миф 5. Вакцину от коронавирусной инфекции не следует вводить пожилым людям
Правда в том, что вакцина от COVID-19 как раз и необходима пациентам из группы высокого риска, к которым относятся пожилые люди. Известно, что тяжесть и летальность коронавирусной инфекции увеличиваются с возрастом: чем старше человек, тем выше вероятность развития тяжёлой формы заболевания и его осложнений.
Эпидемиологи пришли к выводу, что польза при своевременной вакцинации пожилых людей намного выше рисков побочных эффектов. Тем более что отечественный «Спутник V» успешно прошёл исследование, изучающее его применение в возрасте старше 60 лет. Результаты этой работы показали, что в целом российская векторная вакцина безопасна для пожилых людей.
Частота побочных эффектов у этой категории потребителей была сопоставима с таковой при использовании в популяции в целом – примерно у 2 % вакцинированных отмечались неблагоприятные реакции. И они, как правило, были незначительны: головная боль, умеренное повышение температуры тела, боль в месте инъекции. Обычно эти симптомы носили кратковременный характер, в то время как активную форму COVID-19 бывает сложно назвать скоротечной. Особенно в пожилом возрасте.
Марина Поздеева, провизор, медицинский журналист
Зачем нас всех хотят вакцинировать и как пережить пандемию агитаторов
Одни страны отменяют «ковидные» ограничения, другие ужесточают. Одни запрещают прививать людей моложе 30 лет, другие готовы прививать младенцев. Найти логику в действиях чиновников очень сложно, а порой невозможно. В том, какие вопросы вызывают методы борьбы с ковидом в разных странах, в интернациональных тенденциях и в национальных особенностях попыталась разобраться Анна Шафран вместе с экспертами.
Начиная программу, Анна Шафран призналась, что обсуждать коронавирусную инфекцию и антиковидную политику властей надоело очень сильно. Но и молчать тоже не получается – на фоне того, как всё громче и громче кричат те, кто требует немедленно ввести штрафы за отказ от вакцинации. Пока особо ретивые вакцинаторы только кричат о штрафах, но от этого один шаг до требования тюремного заключения или расстрела «по законам военного времени»: «Это они говорят про военное время, не я».
Мы видим страшный гражданский раскол, преодолеть который будет сложно
Вирусолог, член-корреспондент РАН Александр Лукашев в эфире радиостанции «Говорит Москва» объяснил необходимость введения ежемесячного штрафа в размере 5 тысяч рублей за отказ от вакцинации против COVID-19 так:
Любое тяжёлое заболевание, в том числе и коронавирусная инфекция, – это большой ущерб для медицинской системы. Лечение одного больного с коронавирусом в больнице обходится порядка 200 тысяч рублей, а считая косвенный ущерб от одного случая, сумма, наверное, ближе к полумиллиону рублей. В такой ситуации вполне разумным считаю применять какие-то меры финансового характера для повышения охвата вакцинацией.
Реакция Кремля на это громкое заявление не заставила себя ждать. Вот что по поводу наказания антиваксеров заявил пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков:
Мне кажется, такие меры нереальны в нашей стране. Они противоречат социальному характеру нашего государства. А социальный характер нашего государства записан в нашей Конституции, и самый большой приверженец этого социального характера – президент Владимир Путин.
Можно было бы перечислить ещё несколько антиковидных мер, которые противоречат социальному характеру нашего государства и Конституции в целом, отметила Шафран. Но делать это совершенно необязательно: нормальным людям это и так очевидно. И кстати, к вопросу об утверждении, что, мол, государство тратит народные деньги на лечение непривившихся.
Во-первых, деньги в фонд ОМС вносят абсолютно все: и привитые, и непривитые – 5% от зарплаты. А во-вторых, привитых заболевших в нашей стране всё больше и больше – как и во многих других странах. Кто по этой ущербной логике должен платить за их лечение? Может быть, производители вакцин? А может быть, те, кто не покладая языка агитирует за тотальную и поголовную вакцинацию всех подряд, от младенцев до столетних старцев?
Все те, кто требует, чтобы невакцинированные платили штрафы или оплачивали лечение от ковида, – готовы ли эти агитаторы своими кровными оплатить лечение тех, кто поверил им, сделал прививку – и всё равно заболел? Скорее всего, не готовы. Однако, если желающие появятся, их можно будет познакомить с привитыми заболевшими.
Про вакцинацию младенцев Анна Шафран тоже не забыла сказать. Вслед за главой Минздрава России о тестировании вакцин для самых юных граждан главврач московской городской клинической больницы №52 Марьяна Лысенко заявила, что уже в январе детям начнут делать прививки от ковида.
При этом в Дании остановили вакцинирование тех, кому меньше 18, а в Швеции – тех, кто моложе 30, из-за серьёзных побочных эффектов, связанных с заболеваниями сердца. У нас, конечно, другая вакцина, но можем ли мы быть уверены в её полной безопасности для детей и подростков? Видимо, нет, пока не можем быть уверены. Так зачем же эти эксперименты, если известно, что дети и подростки болеют легче, а переносчиками вируса привитые являются наравне с непривитыми?
Одно из наиболее страшных последствий ковида – тяжелейшая общественная сегрегация, которая наблюдается практически во всех странах мира. Взять ту же Швецию, которая, напомню, в начале пандемии вела себя достаточно разумно, без тотальных ограничений, а теперь одной из первой отменяет ограничения, всё-таки введённые под давлением Евросоюза и других международных организаций. Но